Этот  пост - для общения.
Здесь можно задавать вопросы, и даже получать ответы.

Все, что написано в журнале, является плодом моего ненормального воображения. Копируйте на здоровье, только, чур, с обязательными ссылками на автора.
Все несовпадения с реальной жизнью не случайны.

Для вновь прибывших: к френдам отношусь серьезно - если зафрендил, то читаю, хотя и не всегда комментирую. Поэтому вначале присматриваюсь - если общение складывается, то и я френджу, если общения нет - то зачем? - ради количества не стоит.

В последнее время френджу редко. Приходится выбирать: либо читать, либо писать. Последнее, я думаю, важнее и для вас.

Если не сложно, отпишитесь, для чего зафрендили. Спасибо.

Для беглого знакомства с журналом:

Рассказ для блоггеров: Смертельный журнал.

Для улыбки: Неземной, Голос, Эпопея, Утро

Для громкой улыбки: Крякинский кошмар, Репортаж с места ограбления, Репортаж из-под кровати.

Рассказы: Последнее турне, Страж, Сборщик, Квалификация, Боги удачи, Выбор.

Любителям кошачьих: Об охоте на двуногих, Территориальные споры.

Начальнику 7-го цеха

Звездокрылову И.И.

От Федькина С.Н.

 ОБЪЯСНИТЕЛЬНАЯ

Я, Федькин Семен Николаевич, полный месяц отсутствовал на рабочем месте у родного станка, к которому прикипел всем сердцем и другими органами, по причинам космической неожиданности.

Солнце не уходит за горизонт. Солнце прячется за соседним домом и задумчиво ждет, когда я к нему выйду.

Только я не выхожу. Вдруг, оно меня все-таки не ждет? Или ждет, но не меня? Хотя… кого же еще?

Я вижу, как свет за соседним домом тускнеет. Это солнце обижается и тускнеет от обиды. И исчезает, рассыпаясь маленькими сияющими искорками. Одна, другая… Темное небо усыпано миллионами солнечных осколков, ждущих, трепеща, утра, когда заблудившийся за краем земли луч снова соберет их в одну большую теплую радость…

Ничего не смог написать к 19-му, увы. Начал писать, но закончить не дали.

Спасибо всем за поздравления.
sama_ra  отдельное спасибо за кекс.:) Очень приятно. Я его виртуально два дня ем :)

Вывешиваю рассказ, который написал для конкурса "На должности бога" в Массаракше.
Вышло слишком приторно. Чересчур. Даже для меня :)
Рассказ не получился, в общем. Но, как пост, неплох... кажется.
---------------------------------


Стас припарковал машину на обычном месте у подъезда, выключил двигатель и откинулся в кресле. Мир вокруг шептал листьями сквозь открытое окошко и шуршал шинами на соседнем проспекте. Иногда в городские шумы вклинивалась трель неопознанной птицы. Вечер медленно опускался на Землю.

«Неплох, все-таки этот мир, - подумал Стас, - совсем неплох. Но только мой мирок, пусть и поменьше, лучше». Он снисходительно улыбнулся, выбрался из машины и, бросив последний сегодня взгляд на творение другого существа, скрылся в подъезде.

(под катом фото)
-------------------------


Никак хозяин не угомонится, все время мне, котенку Проше, какие-то дурацкие прозвища придумывает. А все потому, что мой хвост стал большим и пушистым. Его даже носить тяжело. Так и хожу, держа постоянно хвост трубой.
Поэтому я теперь – и хвостоносец, и пушистохвостец.

Вот так я теперь выгляжу:

(пусть аукнется по работе, но чую -  если чего-нибудь не напишу - помру).
-------------------------------------------------------------------

Облако неспешно плыло над землей, восторженно глядя вниз.

- Ах, красота-то какая! Какие деревья, листья! Какие леса развесистые, луга волнующиеся! Какое пятно сухое!.. Какое еще пятно? – растерянно спросило облако само у себя, с изумлением разглядев мрачный кусок засохшей земли посреди зеленого великолепия. – Нет, вы только посмотрите, что это за безобразие такое?

Общение с двуногими:

Муррр… *довольно-воркующе* - Хозяин, я очень люблю тебя, причем в комплексе – с холодильником и мусорным ведром.

Мяу-мяу? *вопросительно-восторженно* - Хозяин, что это за чудный аромат из твоей тарелки, заставляющий мой желудок сжиматься до самой попы?

Мия-уу? *недоуменно* - Хозяин, ты не поверишь – эта кучка отходов кошачьей жизнедеятельности появилась возле лотка совершенно самостоятельно.

Поздравляю Заповедник Сказок с четырехлетием!
---------------------------------------------------------------------

О существовании Заповедника Сказок Венька узнал случайно. Его закадычный друг и сосед по парте в первом «А» Сашка как-то вечером, таинственно вращая глазами, шепотом рассказал о месте, в котором живут все-все сказки.

- Представляешь, - говорил Сашка, - там все: и драконы, и пираты, и гномы с великанами, и звери говорящие.

- Не может быть, - не верил Венька, чувствуя, тем не менее, как хочется его колотящемуся сердечку, чтобы это оказалось правдой.

- Точно тебе говорю! Только в Заповедник не каждый попасть может, а только тот, кто знает Сказку.

- Дяденька, простите, пожалуйста, у вас не найдется тридцати семи рублей?

Зачем я назначил встречу у Мак-Доналдса? Знал же, что так и будет. То ли мои глаза отражают содержимое бумажника, то ли на лбу у меня написано отсутствующее желание подарить кому-нибудь деньги, да только попрошайки всех мастей проходу не дают постоянно. Хотя…

- А почему именно тридцать семь? Не сорок, не двадцать?

- Так молочный коктейль столько и стоит. Мне лишнего не надо.

Паренек смотрел на меня наивными глазами, улыбаясь доверчиво и слегка смущенно. Висящая как на пугале одежда, явно с чужого плеча – старшего брата, видимо. Возраст… впрочем, возраст я всегда определял с трудом. Этому было лет двенадцать или шестнадцать – кто его разберет? Мордашка детская, глаза… глаза старше, словно с другого лица.

- Я – дерево. Я спокоен; надо мной шумит густая крона, согреваемая мягкими солнечными лучами. Я плавно качаюсь, уступая ласковому ветерку… А, черт! – Котёнкин отдернул правую руку, прогоняя птиц, что-то выклевывающих между ветвями-пальцами. Отвлекают, гады! Невозможно сосредоточиться!

Сидеть в позе лотоса-пенсионера было неудобно. Как же все-таки настроиться? Котёнкин закрыл глаза и начал по-новому:

- Я – Крепкий Орешек. Мне все по плечу, я все могу…

- В ту пору, помню, мамонты летали…

Ученики тихонечко прыснули в ладошки, слушая очередную байку учителя.

- Да, да, дети, раньше мамонты действительно летали. Это теперь они стали важными, и считают полеты занятием до крайности легкомысленным. Теперь мамонт только прыгнуть может - правда, метров на двадцать - но лишь в том случае, если ему прямо в ухо «документики!» прокричать. Никто не знает, почему именно это слово заставляет мамонта взвиться в воздух. Тем более что после приземления он продолжает вести себя, как ни в чем не бывало – прыгнет и стоит на месте, листьями эвкалипта лакомится.

- Почему говорю только я? – Судья строго оглядел присутствующих и остановил взгляд на сидящем слева от него ангеле.

- А что я? Всегда я! – запричитал тот, незаметно пряча в рукав белоснежного балахона пилочку для ногтей.

- Потому что ты – государственный обвинитель! – рявкнул Судья раздраженно.

- Почему – я? – возмутился крылатый.

- Потому что я тебя назначил! Не хочешь быть обвинителем, будешь обвиняемым! Понял?

Ангел обиженно засопел.

- Ну? – Судья, как и положено, был неумолим.

- Понял. Хорошо, я – государственный обвинитель.

- Вот именно. Мы же договорились, что на время этого процесса Царство Божье считается государством.

Если бы они только знали, что жизнь супергероя – не сахар. Даже не сахар-сырец. Так нет, сидят, хлопают…

Вадим крепче стиснул зубы, больше недовольный собой, чем зрителями. Ну, зачем он снова пошел на этот фильм? Зачем? Ведь знал же, что приключения человека-паука только испортят и без того неважное настроение. Хотя, что еще делать оставалось? Ленка приедет только завтра, одному в пустой квартире сидеть не хочется, ехать на другой конец города тоже не хочется. Вот и пошел в ближайший кинотеатр. А там – «Человек-паук», как назло.

Вспомнив кадры фильма, Вадим усмехнулся. Это ж надо так: прыг, скок, удар, второй – и мир спасен! Девушки без команды на шею вешаются, парни моментально свою никчемность осознают. Чем не жизнь?

Будь проклят тот день, когда пятилетний Вадим в лаборатории отца хлебнул мутной жидкости из пробирки! Почему, ну, почему папа не пауков изучал? Кому в наше время могут быть интересны кролики? И какое применение можно найти быстро проросшей кроличьей трусости? Для самосохранения, конечно, полезно, но для спасения мира - недостаточно. Явно недостаточно.

«Предатель»!  Слово, пусть и произнесенное мысленно, сдавливало дыхание, мучительно сжимало голову раскаленным металлическим ободом. «Предатель»? Но как еще можно назвать меня? Меня - человека, по заказу которого должен погибнуть старый верный друг?

Переиграть? Отменить заказ?.. Я тяжело вздохнул. Нет. Все решено. И решение досталось мне по-настоящему больно. Нужно пережить это, вырвать привязанность и прочие сантименты с корнем, и жить дальше. Жить без него.

Или все же отменить заказ?